Главная       Дисклуб     Наверх  

 

Нужны неординарные решения

 

Видимо, крепко расстроены дела в нашем государстве, если премьер-министр пускается заниматься частными вопросами («ЭФГ» № 23–24/2009), хотя это и вступает в противоречие с декларируемым им же самим принципом невмешательства в дела бизнеса. Но если бы это было лишь одно Пикалёво! Сигналы бедствия от трудового народа раздаются со всех концов России. И именно в связи с этим в СМИ запускаются ядовитые вопросы типа: «Сколько же нужно путиных, чтобы вовремя поспеть на все предприятия страны?» А причины-то везде одни и те же: сокращение производства, невыплата зарплаты, увольнение работников. Но если так, то не следует ли властям предержащим, вместо того чтобы скакать галопом по Европам, поискать более эффективное общее решение проблемы? Ведь говорил же в свое время классик, что кто берется за решение частной задачи без решения общей, тот неминуемо натыкается на необходимость решения этой общей. И, что характерно, этот классик так и поступил в аналогичной ситуации, имевшей место в той же России 90 лет тому назад.

В результате такого решения Россия, став СССР, превратилась во вторую по экономическому потенциалу державу мира, а в социальном плане она вообще оказалась впереди планеты всей: в ней была ликвидирована безработица, в 2 с лишним раза увеличилась средняя продолжительность жизни, огромные успехи были достигнуты в науке, литературе, искусстве, спорте. А чего стоит Великая Победа над фашистской Германией в 1945 году!

А сущность этого решения заключалась в организации централизованного планирования. Народное хозяйство страны рассматривалось как единая многоотраслевая, дифференцированная по структуре потребностей и технологическим переходам фабрика с единой конторой управления, в которой отдельные предприятия играли роли цехов, составляя взаимосвязанную цепочку технологических процессов по выпуску необходимой для народного хозяйства и населения продукции.

Периодически возобновлявшийся процесс такого планирования включал формулирование целей, постановку задач социально-экономического развития общества, а также определение способов и сроков их решения в долгосрочной, среднесрочной и краткосрочной перспективах. В его основе лежали логичные принципы государственного подхода к управлению страной:

- наиболее полное удовлетворение постоянно возрастающих материальных и духовных потребностей людей, исходя из располагаемых обществом материальных, трудовых и природных ресурсов;

- многовариантность путей развития экономики, обусловленная взаимозаменяемостью продуктов, основных фондов, сырья, материалов, направления капиталовложений и пр.;

- равная эффективность планов выпуска изделий и оказания услуг, имеющих одинаковую потребительную значимость и др.

Основным методом планирования являлся балансовый метод, не позволявший в принципе возникнуть пикалевскому случаю разрыва технологических связей между предприятиями, находящимися в кооперации изготовителей продукции, вошедшей в народнохозяйственный план.

Главными измерителями плановых заданий были не деньги, а натуральные показатели.

После утверждения план приобретал силу закона. Детали выполнения народнохозяйственного плана закреплялись в хозяйственных договорах между предприятиями. Исполнение плана требовало от руководителей всех уровней напряженных усилий, а неисполнение было чревато потерей ими своих руководящих постов, если не возникало причин для более серьезных последствий. (Кстати говоря, директор государственного предприятия мог быть снят с работы, если задержка в выдаче зарплаты работникам превышала три календарных дня.)

К этому нужно добавить, что научной обоснованности планов способствовало предварительное прогнозирование общественных потребностей и воспроизводства ресурсов не только на плановый, но и на заплановый период.

Также с 70-х годов прошлого века в методологию планирования стали активно внедряться оптимизационные методы расчетов на всех уровнях управления, позволявшие получать наилучшие по заданному критерию эффективности варианты планов разных хозяйствующих субъектов.

Здравый подход имела и политика ценообразования, проводившаяся Госкомцен СССР и заключавшаяся в установлении в цене единого норматива прибыли для однородных видов продукции. До внедрения усердно насаждавшихся с 60-х годов методов материального стимулирования труда у предприятий не возникало стремления накручивать лишними затратами себестоимость выпускаемой продукции для увеличения фонда материального поощрения. Успешно решался и вопрос с ценами на продукцию малорентабельных предприятий (особенно связанных с добычей природных ресурсов) за счет увеличения налогового бремени (в виде налога с оборота) на пользующиеся спросом продукты, не относящиеся к продуктам первой необходимости. И всё это носило системный характер, не требовавший вмешательства высших руководителей страны в решение проблем отдельных предприятий.

А вот после развала СССР и перехода от плановой социалистической к рыночной капиталистической экономике началось движение вспять, от более высокой степени специализации и кооперирования труда в едином народном хозяйстве страны к обособленным, разбросанным по городам и весям натуральным хозяйствам малых форм, работа в которых выполняется практически без разделения труда, а планирование ограничивается в основном учетом текущей конъюнктуры местного рынка. В первом случае человеческий мозг высвобождается от поиска изощренных приемов обогащения ради обогащения и от бумажной пыли бухгалтерски надуваемых по методикам исчисления национальных счетов цифр ВВП, а его ресурсы направляются на саморазвитие человека и его самовыражение в творчестве. Во втором – у простых тружеников, вынужденных печься только о "хлебе едином" и подверженных безжалостной стихии рынка, просто не остается ни места в голове, ни времени для раздумий о возвышенном предназначении человека. Эту "духовную" функцию тотчас же мертвой хваткой берут в свои руки спонсируемые бизнесом "специалисты-общественники" вроде служителей культа и PR-менов медиакратии с увещеваниями о терпении и балаганными развлечениями.

 А унизительный поиск работы в условиях принципиально необходимой для рынка труда безработицы отбрасывает общество еще дальше в глубь веков – в эпоху собирательного образа жизни. Возросшее число случаев воровства, мелких и крупных краж и афер, угонов машин и т.п. является этому печальным свидетельством. Отторгнутые от труда и просто обездоленные люди "собирают" (по примеру чиновников) то, что, по их мнению, плохо лежит, либо считают свои действия (по примеру олигархов) разновидностью бизнеса. При этом для работающих "счастливчиков" безработица, как правило, оборачивается увеличением интенсивности труда и продолжительности рабочего дня и рабочей недели и сокращением продолжительности отпусков, что приводит не только к сокращению предусмотренного законом их свободного времени, но и к подрыву их здоровья и преждевременному старению их организма. И превышение смертности над рождаемостью в нашей стране опять же является скорбным тому подтверждением.

Так можно ли рассуждать о каком-либо улучшении положения трудящихся в стране при такой тенденции ее развития? Жадность, корысть движет мыслями капиталиста в силу самого способа выживания людей в обществе, где человек человеку враг, и способствует формированию у него хищнической морали. Проистекающее из зависти опасение иметь добычи меньше, чем у других, затмевает общечеловеческие нравственные нормы, связанные с оказанием помощи обездоленным людям, лишающимся средств к существованию. «Человек человеку друг, товарищ и брат» – эта нравственная норма, сколько и кто бы ни призывал так называемого бизнесмена к социальной ответственности, никогда не впишется в капиталистические производственные отношения. Любая временная уступка под нажимом грозных властителей наверняка обернется через некоторое время новым рецидивом капиталистической болезни в виде очередного ущемления в оплате труда или увольнения работников. Но тогда властителям в стране нужно быть готовыми к тому, что никакие призывы и запугивания профсоюзных или иных лидеров не остановят наемных работников от новых акций перекрытия шоссейных дорог или маршей протеста по ним.

Серьезность подобного рода развития событий, наверное, должна заставить задуматься, куда же двигаться, руководителей самого высокого уровня, на плечи которых по воле избравшего их народа легла главная ответственность за судьбы страны. Можно, конечно же, плестись в хвосте событий, поливая водой тлеющие головешки, а можно искоренить почву для возникновения пожара. Пока властные структуры движутся по первому пути. А ведь в России имеется опыт и кардинального решения глобальных социальных проблем сверху. Достаточно вспомнить отмену крепостного права в 1861 году, чему предшествовал также период долгого «тления». У сегодняшних руководителей есть хороший шанс войти в историю аналогичным системным решением. А ситуация для подобного решения вполне созрела.

Только надо честно признать, что опыт с реставрацией капитализма в России оказался неудачным. Жизнь, особенно в последнее время, показала, что частные, шкурные интересы собственников в условиях капиталистической системы хозяйствования всегда перевешивают интересы наемных работников, составляющих большинство населения страны. И это большинство пока терпеливо ждет каких-то неординарных решений со стороны вышедших из их же социальной среды верховных руководителей.

Политическая атмосфера полнится ожиданием того, что русские в очередной раз смогут продемонстрировать всему миру умение не только создавать себе трудности, но и с успехом их преодолевать. Не упустить бы подвернувшийся благоприятный шанс…

 

Феликс Федорович Тягунов