Главная       Дисклуб     Что нового?       Наверх   

 

 

Солнечный остров

 

«ЭФГ» всегда, везде и всячески поддерживает любые идеи и проекты,  связанные со скорейшим развитием гелиоэнергетики и ветроэнергетики.

Случилось так, что ваш корреспондент попал на Крит. И что он увидел? Пожалуй, наилучшее в Европе сочетание факторов для широкомасштабного системного внедрения гелио- и ветроэнергетики на острове.

1. Ресурсы. Количество солнечных дней в году – 340–345. Плотность солнечного излучения сравнима с североафриканской и ближневосточной (более 1800 кВт·ч/м²). Кроме того,  на острове существуют ресурсы энергии ветра, вполне пригодные для локального дискретного использования. Сам по себе остров хотя и достаточно плотно заселен, но обладает значительным количеством неиспользующихся полупустынных земель – проект не потребует ни отселения, ни изменения хозяйственной ориентации земель.

2. Логистика. Остров находится совсем недалеко от Европы и Азии, до Греции – 110 км, до Турции – 175 км, до Африки – чуть более 300 км. Соответственно, себестоимость прокладки подводного кабеля для встраивания в уже имеющиеся евросети невелика. Соответственно, невелики и издержки по доставке электроэнергии конечным потребителям.

3. Экономика. Издержки. Существующая в настоящее время система энергообеспечения острова целиком основана на завозном дизеле – это очень дорого и не очень экологично.

Крупные современные гелиостанции строятся достаточно быстро. К примеру, 1 декабря 2016 года (то есть всего около года тому назад) Индия завершила строительство крупнейшей на сегодня в мире солнечной электростанции Камути (около 0,65 ГВт), состоящей из 2,5 миллиона солнечных панелей. Станция установлена на площади 10,36 кв. км и расположена в Тамил-Наду. Строительство заняло всего 8 месяцев, сообщает интернет-издание «Новое время» со ссылкой на BTimes. Kamuti Solar Power обошлась всего в 4450 кроров рупий, или, в более привычных единицах, примерно 680 миллионов долларов.

4. Экономика-1. Геополитика. Ранее (2009 г.) инициированный Евросоюзом мегапроект Dessertec (строительство нескольких десятков крупных и объединенных в единую сеть гелиостанций по периметру пустыни Сахара с продлением в Большую Аравийскую пустыню, с последующим перебросом электроэнергии в ЕС; подробнее см. здесь) забуксовал. Из всего многообразия намеченных проектом станций начали строиться только две – в Марокко и Тунисе. Да и то они начаты как отдельные проекты не связанных между собой стран, а не как части единой системы  планетарного уровня.

Так называемая «арабская весна», которая, вероятно, являлась отражением данной восходящей смены технологических укладов в пространстве политико-социальных явлений и смыслов, очень быстро захлебнулась и сменилась «арабской осенью» – попыткой консервативных мусульманских (и не только) сил продлить господство энергетического уклада, максимально выгодного для существующего планетарного углеводородного лобби. При первом взгляде на это лобби мы обнаруживаем в его составе ультраконсервативные монархии Ближнего Востока, нынешнюю российскую экс-чекистскую элиту и истеблишмент крупнейших мировых ТНК – весьма противоречивое сочетание, не правда ли? Но такова реальность.

Как бы то ни было, эти силы, весьма могущественные и до прихода в Белый дом Трампа и его команды консервативных пожилых белых миллионеров, после его прихода и вовсе способны если не вовсе заблокировать, то, во всяком случае, серьезно затормозить победоносное шествие альтернативной энергетики по планете.

С другой стороны, лидерами в использовании альтернативных энергетических технологий выступают такие могущественные полюсы силы, как Евросоюз и  Китай. Да и в США Илон Маск, подобно современному Гераклу, продолжает ворочать огромные камни нерешенных энергетических и экологических проблем и не собирается отступать.

5. Политика. Локальная ситуация. В этих условиях у небольших стран, в которых у власти находятся современно мыслящие правительства, в том числе левые, появляются неплохие шансы на то, чтобы возглавить «солнечную гонку».

Как известно, в Греции с 2015 года находится вполне современное левоцентристское правительство во главе с Алексисом Ципрасом и левоцентристской партией «Сириза».

Как заявил сам Ципрас, открывая 82-ю Международную экономическую выставку в Салониках в середине сентября, его правительству уже удалось добиться многого: «Греция прошла пик худшего за последние десятилетия кризиса. Она скоро восстановит свою экономическую независимость и выйдет из-под опеки международных кредиторов».

«Греция не вернется в прошлое, – заявил Ципрас. – Мы создали политику и институты, которые это гарантируют».

Особые надежды Афин на сотрудничество и инвестиции связаны с Пекином, который уже вложил в греческую экономику сотни миллионов евро.

Левоцентричность и умеренность правительства Ципраса открывают для него прекрасные возможности для дальнейшего расширения сотрудничества как с социалистическим Китаем (в том числе по причине частичного совпадения идеологем), так и с умеренно-консервативным политически, но в высокой степени нацеленным на прогресс в области энергетики Евросоюзом.

Греция и, соответственно, Крит, таким образом, весьма выгодно попадают  в перекрестие многообразных технологических, экономических и геополитических интересов.

Во-первых, Евросоюз, который сделал продвижение солнечной и ветряной энергетики одной из своих главных стратегически долговременных целей, будет стремиться опробовать и отладить технологии «зависнувшего» Dessertec, в частности опробовать и скорректировать технологии по доставке крупных объемов электроэнергии  на значительные расстояния посредством переброски морских электрокабелей. И начнет при  этом с прокладки кабеля из материковой Европы на Крит. При этом в случае широкомасштабного возобновления проекта Dessertec продление проводящей сети от Крита на юг, к Ливии, Тунису и Египту, станет уже не трудным началом по работе с неизвестным, а хорошо знакомым продолжением освоенной на практике технологии.

А то, что планетарный интерес к этому мегапроекту (Dessertec), в том числе интерес Евросоюза, рано или поздно возобновится, сомнений практически не вызывает. Единственным реальным препятствием является в настоящее время высокая политическая нестабильность в данном регионе.

Во-вторых, Китай, являющийся самым крупным производителем солнечных батарей в мире, достаточно охотно инвестирует в строительство гелиостанций по всему миру. Нет никаких причин для того, чтобы правительство Ципраса получило отказ, если бы оно обратилось в Пекин за крупным кредитом или иной формой инвестиционной помощи по данному поводу.

В этой связи строительство на Крите в перспективе одной-двух крупнейших гелиостанций  от 0,5 ГВт отнюдь не выглядит утопией.  Это полностью обеспечит остров электроэнергией, снизит зависимость всей Греции от  углеводородов и позволит после прокладки кабеля в материковую Грецию и далее, в Европу, ее экспортировать.

Что касается развития ветроэнергетики на Крите, то перспективы также имеются, хотя скорость ветра на Крите ниже той, которая при нынешнем уровне развития технологии обычно делает ветроэлектроэнергию рентабельной (ветер на Крите есть, и его много, но средняя обычная скорость ветра менее 5,9 м/с).

Правительство Греции, вероятно, видит все эти перспективы, и весь вопрос лишь в выборе оптимальной модели развития отрасли и грамотной компоновке пула инвесторов.

Иными словами, правительству Ципраса надо искусно собрать европейско-китайскую коалицию из лиц, заинтересованных в ослаблении способности планетарного углеводородного лобби тормозить развитие альтернативной энергетики,  получить от инвесторов финансирование и запустить проект «Солнечный остров», обогнав таким образом и  мегапроект Dessertec (а с другой стороны – максимально «обкатав» технологии и оргпрактики, необходимые для запуска данного мегапроекта),  и локальные проекты, существующие в регионе Средиземноморья, которое по непонятным причинам пока сильно отстает от стран Северной Европы, хотя природные условия для развития альтернативных стратегий в области энергетики здесь значительно, неизмеримо лучше.

В силу совпадения перечисленных выше факторов (много солнца и ветра, благоприятная конфигурация политических и геополитических реалий, наличие энергичного и ответственного левоцентристского правительства, сильной стороной которого, как правило, является как раз умение работать с крупными системными проектами) Греция действительно может стать одним из европейских лидеров в солнечной и ветряной гонке, а Крит – великолепной площадкой для отработки электротранспортных технологий ближайшего будущего. И пока человечество еще не доросло до подлинно планетарных проектов, каким мог стать и, надеюсь, обязательно еще станет Dessertec, очень хорошо, если в разных концах планеты  появится много  привлекательно выглядящих «точек солнечного роста». При этом для левой партии находиться (или хотя бы стремиться находиться) в ранге формационного и/или техноукладного лидера вроде даже как бы и само собой разумеется. А как же иначе?

Ну а такая «вишенка на торте», как полная смена всего автотранспорта на острове на электротранспорт… Кто знает, возможно, критяне и в самом деле смогут рассчитывать на Илона Маска, который достаточно чутко реагирует на масштабные креативные проекты, и его «теслы»...

 

Алексей ГЛЕБКО